№4 [120]
00`00``01.04.2013 [Σ=4]
ЖУРНАЛ, ПОСВЯЩЕННЫЙ ФУНДАМЕНТАЛЬНОЙ НАУКЕ - «ОРГАНИЗМИКА»
Organizmica.org/.com/.net/.ru
НОВАЯ ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ НАУКА ОРГАНИЗМИКА

Антропология

Академия фундаментальных наук

Современный человек в среднем – верхнем палеолите Русской равнины: археология, антропология и ДНК-генеалогия

А. А. Клёсов, Академия ДНК-генеалогии, Бостон, США; А. А. Тюняев, ВЦ РАН, Москва, Россия

Подписка на журнал «Organizmica» в каталогах:
«Роспечать» - 82846; «Пресса России» - 39245

Доклад:

  1. На Международной научно-практической конференции «Экология человека в условиях трансграничного сотрудничества». Национальная академия наук Республики Беларусь. Минск. – 25 - 28 июня 2013.
  2. На VI международном конгрессе «Докирилловская славянская письменность и дохристианская славянская культура». ЛГУ им. А.С. Пушкина. 14 – 17 мая 2013 г.

Опубликовано:

  1. В Сборнике материалов Международной научно-практической конференции «Экология человека в условиях трансграничного сотрудничества». – Минск: НАН Беларуси. – 25 - 28 июня 2013.
  2. В Докирилловская славянская письменность и дохристианская славянская культура: материалы Шестого международного конгресса (14 – 17 мая 2013 г.) / под общ. Ред. В.Н.Скворцова. – СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2013.

Время появления человека современного вида (неоантропа) на территории Европы вызывает много споров. Этот вопрос связан с другим не менее полемичным вопросом, касающемся причины и времени исчезновения неандертальцев. Авторы приводят последние данные, полученные такими науками как археология, антропология и генетика в пользу доказательств исчезновения неандертальцев и появления неоантропа на Русской равнине.

Ключевые слова: Русская равнина, неандертальцы, современный человек, антропогенез, ДНК-генеалогия.

Введение

Антропологическая и археологическая картина Русской равнины (Восточно-Европейской равнины), начиная с раннего верхнего палеолита и до раннего железного века включительно, на Западе известна мало. Причин этому несколько. Среди них недостаточное внимание, которое уделяют исследователи разных стран к публикациям друг друга, разделённым языковым и территориальным барьерами. На это обращают внимание многие исследователи как в нашей стране, так и за рубежом [8, 26].

Следовательно, проблема обобщения данных существует, и мы в настоящей статье попытаемся в определённой степени уменьшить этот «зазор». А также познакомим западных исследователей с фундаментальными и грандиозными по объему археологическими работами, проводимыми последние десятки лет в России. Результаты этих работ сведены в многотомное научно-справочное издание «Археологическая карта России (по областям)», подготовленное в отделе археологических сводов и карт Института археологии Российской академии наук.

Подчеркнем, что в данной работе мы используем понятие «Русская равнина», что не есть то же самое, что «Восточная Европа», т.к. геологически – это два разных континента. Русская равнина поднялась из моря около 5,4 млрд лет назад. Европа – относительно недавно, примерно 65 млн лет назад.

Ещё одно общее наблюдение – памятники периода 50 – 20 тыс. лет назад, относящиеся к мустье (неандертальцы) и к верхнему палеолиту (анатомически современный человек), имеют определённую закономерность в их географии. В сторону Южной и Юго-Западной Европы, а также Азии идёт увеличение доли мустье и уменьшение доли памятников верхнего палеолита (ВП), и, наоборот (см. ниже). На границе юга Восточной Европы и Русской равнины для времени финального палеолита преобладают многослойные памятники с симбиотическими культурами (смесь мустье и ВП).

Неандертальцы

Поздняя пора среднего и ранняя пора верхнего палеолита – важное переходное время от исчезающих неандертальцев (Homo sapiens neanderthalensis) к анатомически современному человеку (Homo sapiens sapiens) и распространения последнего по планете. Откуда пошло это распространение – пока неизвестно, но крайне маловероятно, что из Африки.

Более того, недавно опубликованы данные по Y-хромосоме современных неафриканцев, где, в частности, показано, что у европеоидов, есть масса практически необратимых мутаций (SNP, Single Nucleotide Polymorphism), идущих от общего предка человека с шимпанзе. Эти мутации сохранились и в современных шимпанзе, и в современном человеке. Но вместе с тем, у неафриканцев нет никаких основных древних SNP от африканцев. У самих африканцев их специфические мутации появились уже позже – после расхождения с анатомически современным человеком примерно 160 тысяч лет назад [9].

Датировки самых древних остатков «анатомически современных» европейцев пересекаются с датировками финальных неандертальцев на протяжении почти двадцати тысяч лет совместного существования [24]. В этом промежутке наблюдаются многослойные памятники, содержащие непрерывные слои средне- и верхнепалеолитических культур, а также памятники с симбиотическими индустриями.

Анатомически современный человек с точки зрения «западной» антропологии

Cреди антропологов до последнего времени было согласие, что анатомически современные люди в Европе ранее 41 тыс. лет назад (Pestera cu Oase) не найдены. Новые данные для 44-42 и 45 – 43 тыс. лет назад внесли новые акценты в дискуссию, которая обычно идёт в отношении отнесения этой даты между 45 и 40 тыс. лет. Однако, поскольку радиоуглеродная датировка для таких времён имеет определённую и значительную погрешность, эти дискуссии обычно заканчиваются ничем.

Известно, что датировка памятника Костёнки даётся в разных фрагментах статьи от 40 тыс. лет назад до 44 – 43 тыс. лет назад. Кроме этого, сообщается, что в ряде мест, в частности, в Костёнках 12, 14 и 17 материальные признаки погребены ниже CI тефра и, соответственно, датируются ранее 40,000 (калибровано) лет назад.

Одно из наиболее ранних свидетельств пребывания анатомически современных людей в Европе – группа артефактов, относимых к Богуницкой индустрии в чешской Моравии. К ним относятся стоянки в Моравии (Брно-Богуница и Странска Скала), Болгарии (Бачо Киро и Тёмная пещера), в Польше (Dzierzyslaw). Скелетных остатков там практически не найдено, или они признаны сомнительными. Датировка артефактов – от 48 до 40 тысяч лет назад. Близкой к Богуницкой по сходству считают стоянки в Италии Grotta del Cavallo и Castelcivita Cave, с датировкой 48 – 40 тысяч лет назад (см. также выше, где эта датировка несколько занижена, до 45-43 тысяч лет). Стоянки бедны – несколько перфорированных морских раковин и два зуба неопределённого таксономического отнесения.

Ещё одну группу артефактов в Европе (центрально-южная и юго-западная Европа) относят к прото-ориньякской культуре с датировкой 45 тысяч лет назад. К ней относятся находки в Тёмной пещере (уровень С-А) в Болгарии. Высказываются предположения, что все эти стоянки – результаты миграций с Ближнего Востока. Но это, видимо, уже по инерции, поскольку никаких доказательств нет. На Ближнем Востоке есть древние стоянки, и из этого «автоматически» (и соответственно некритически) сделан такой вывод.

Как мы видим, Русская равнина в этих построениях даже не рассматривается. Тем не менее, «классическая» ориньякская культура не имеет аналогов на Ближнем Востоке и явно не имеет там предшественников. Датировки ориньякских артефактов – Болгария, Австрия (Willendorf), Моравия (Странска Скала) – дают времена 40 – 37 тысяч лет назад, скелетные остатки – времена несколько более поздние.

К прото-ориньякам относят также стоянки в северо-восточной Испании (L’Abreda и El Castillo) с датировкой 44 – 42 тысячи лет назад. Ранние ориньяки найдены в южной Германии с датировкой 40 – 38 тысяч лет. Полагают, что «классическая» ориньякская индустрия могла быть создана на Балканах и распространиться до юго-западной Европы.

Самые древние скелетные остатки в Европе зафиксированы в Румынии, в пещере cu Oase, с датировкой 42 тысяч лет назад. Но они носят явные особенности неандертальцев (Hoffecker, 2009 и ссылки там же).

Богуницкие артефакты связывают со стоянкой Куличивка в западной Украине, датировка 35 тысяч лет назад, и со стоянкой Шлях на Дону, датировка 44 тысяч лет назад. В отношении серии стоянок в Костёнках отмечается, как сообщалось выше, что датировка показывает >40 тысяч лет назад (другие данные – 44,000 – 40,000 лет назад и 32,600±1,100 лет назад) и соответствует «прото-ориньякам».

В работе [25] датировка человеческой кости из Костёнок дана как 34 – 31,5 тыс. лет. На сайте музея-заповедника «Костёнки» (www.donsmaps.com/lioncamp.html) в качестве самой ранней опубликована дата «ок. 50 тыс. лет назад», помимо этого есть даты «ок. 45 тыс. лет назад», а датировка для костных остатков на Русской равнине дана как 39 – 34 тыс. лет. Более детально, датировки распределяются как 37 – 34 тыс. лет для Костёнки 1, 36 тыс. лет для Костёнки 12 и Костёнки 17, 33 тыс. лет для Костёнки 14, 21 тыс. лет для Костёнки 11. В целом музей-заповедник «Костёнки», расположенный на территории 9 гектаров сел Костёнки и Борщево, насчитывает «около 60 памятников верхнего палеолита».

В целом среди антропологов есть согласие, что анатомически современные люди в Европе, на Русской Равнине, на Кавказе и Ближнем Востоке ранее 45 – 41 тыс. лет назад не найдены. Но при этом, также существует согласие, что датировки, в принципе, с учётом обнаруженных стоянок, могут быть подняты во всех указанных регионах до 50 тыс. лет назад. Это обычно и делают. Например, Л.Б. Вишняцкий для памятника Костёнки. Или целая группа исследователей – в статье [21] опубликовавшая для тех же Костёнок дату 50 тыс. лет назад, а также привела стратиграфию нижних слоёв Костёнки 12, для которых получены 5 дат, опускающихся ниже 50 тыс. лет, например, 50,120±2630 (UIC-947) или 52,440±3850 (UIC-917).

Датировку «анатомически современного человека» в Северной Африке (Nazlet Khater в Египте) полагают 42 тыс. лет назад.

Митохондриальный контекст

Следует отметить, что оценки с помощью датировок мтДНК показали, что древнейшие обнаруженные линии в Европе относятся к гаплогруппам U и U8 примерно 56 – 51 тыс. лет назад (точнее, 63 – 49 тыс. лет назад и 59 – 44 тыс. лет назад, соответственно), хотя их субклад К появился на Ближнем Востоке только примерно 32 тыс. лет назад. Это – хоть и не решающий аргумент, но всё же косвенно свидетельствующий, что миграции анатомически современного человека в те времена могли происходить с севера на юг, а не наоборот. В целом, же эти датировки по мтДНК более чем ненадежны, и каждые несколько месяцев калибровка пересматривается.

В Костёнках 14 с датировкой костей примерно 33 тыс. лет назад была найдена линия мтДНК гаплогруппы U2 [23]. Это намного старше «возраста» типичной европейской (в настоящее время) гаплогруппы Н, датировка которой оценивается в 15 – 18 тысяч лет. Хотя надо отметить, что датировки на основе мтДНК являются весьма спорными, и настоящих, общепризнанных калибровок в этом отношении не проводилось. Продолжают выходить соответствующие публикации, в том числе и настаивающие на полном исключении датировок по мтДН [16].

Здесь уместно указать, что в настоящее время доля гаплогруппы U2 в России составляет 1,5% (трое из 198 человек), такое же количество в Белоруссии, во Франции, на севере Италии, в Иране, и близко к такому количеству в Ливане, Иордании, Йемене, и в Испании. Максимальное же количество этой гаплогруппы в мире – среди пуштунов (16%) и макрани (9%). Это опять обрисовывает возможный ареал древнейшего анатомически современного человека и его древнейших миграций – Русская равнина, Европа, возможно также Ближний Восток.

Антропогенез с точки зрения российской науки

В России и странах СНГ оформились свои антропологическая и археологическая школы, в рамках которых нашла отражение определённая специфика ведения исследований и интерпретации данных, что, в свою очередь, обусловленно спецификой антропологического и археологического материала.

Первое – обнаружено большое количество симбиотических индустрий, которые указывают на достаточно активное протекание процессов метисации в зонах контакта неандертальского и сапиентного населений палеолита. Как мы уже сказали, такие культуры наблюдаются в широкой полосе от Центральной Европы, через Русскую равнину на восток по Забайкалье включительно.

Второе – открыто огромное, по меркам палеолита, количество памятников, на которых наблюдается преемственность и непрерывность традиций, начиная со времени среднего палеолита (неандертальское мустье или леваллуа), через верхний палеолит (современный человек) и даже в более поздние культуры. Например, исследование орхонского палеолитического комплекса (Монголия), относящегося к хронологическому диапазону 55 – 25 тыс. л. до н.э., позволяет проследить развитие индустрии на финальном этапе среднего палеолита и переход её в верхнепалеолитическую [10].

Такие аналогичные комплексы есть и на Русской равнине. Известны верхнепалеолитические стоянки Мосолов Ров на Десне, в 1 км от Пушкарей, а в последнее время здесь обнаружена стоянка среднего палеолита – Мосолов Ров. Кроме этого, близ Мосолова Рва известны среднепалеолитические пункты Чулатово 3, Араповичи, Язви [3]. Такие комплексы и их внутренняя преемственность в определённой степени исключают миграцию верхнепалеолитических людей, опуская возможные перемещения человека на десятки тысяч лет глубже.

Третье – генетические построения, как по мтДНК, так и по Y-хромосоме, которые в непрерывном режиме по линии наследственности уходят из наших времён, сквозь все времена культур современного человека во времена среднего (мустье) и даже конечной фазы нижнего палеолита (ашель). Об этом – ниже.

Четвёртое – достаточно мощные международные силы антропологов, археологов (А.П. Деревянко, М.В. Шуньков и др.), генетиков (Сванте Паабо и др.) и лингвистов (В.В. Иванов и др.) заняты в настоящее время формированием концепции многовидового состава человека современного вида. В этой концепции теперь уже условным неандертальцам, как отдельному виду и его ареалу, отводится запад и юго-запад Евразии; человеку современного вида (в старом понимании этого термина, то есть до этой концепции) – центр Евразии, то есть обширные территории Русской равнины, а восток Евразии отдаётся новому – денисовскому виду человека.

Так академик РАН А.П. Деревянко и М.В. Шуньков из Института археологии и этнографии СО РАН [6] обрисовали картину антропогенеза, складывающуюся на Азиатском континенте. К наиболее древнему этапу проникновения палеолитического человека на эту территорию относятся архаичные артефакты, обнаруженные на стоянке Карама. Найденные здесь галечные орудия имеют возраст 600 – 800 тыс. лет и соотносятся авторами с Homo erectus. На следующем этапе развития местной популяции древний человек освоил среднепалеолитическую технику леваллуа и незначительно мустье (Денисова пещера, Тюмечин-1, Кара-Бом, Усть-Кара Кол, Ануй-3, Усть-Канская, Окладникова и Чагырская пещеры).

На основании таких построений указанные авторы предлагают считать, что «культурно-хронологическая последовательность, выявленная на многослойных палеолитических комплексах Алтая, может рассматриваться в качестве базовой модели перехода к верхнему палеолиту в восточных районах первобытной ойкумены».

В Денисовой пещере археологические материалы слоя 11 связаны с ранней стадией верхнего палеолита, и, согласно данным абсолютной геохронологии, радиоуглеродный возраст плейстоценовой толщи слоя 11 определён в диапазоне от 51 тыс. лет до 29 тыс. лет. Несмотря на то, что эти каменные индустрии из комплекса, который определён, как «ранне-верхнепалеолитический», на фоне отчётливо выраженных верхнепалеолитических признаков выявлены и среднепалеолитические черты, представленные заметной долей леваллуазских и мустьероидных изделий [19].

Весь комплекс новых данных по Денисовской пещере позволяет предположить существование ранее неизвестной группы гомининов. Антропологические остатки, найденные в культурном слое начальной стадии верхнего палеолита (50 – 40 тыс. лет назад) в Денисовой пещере, принадлежали гоминину, существенно отличавшемуся по типу митохондриальной и ядерной ДНК от неандертальца и от человека современного физического вида. Новая популяция гомининов, обозначенная как «денисовцы», сосуществовала на этой территории вместе с наиболее восточной группой неандертальцев, установленной по данным анализа мтДНК останков ископаемого человека из пещер Окладникова и Чагырской [6].

Таким образом и фиксируется тройственная картина: к западу – неандертальцы, к востоку – денисовцы, в центре – современные люди; возраст их параллельного развития – 50 – 40 тысяч лет. На стыках этих ареалов и находятся упомянутые выше симбиотические культуры, а в центрах таких ареалов располагаются упомянутые многослойные культуры.

Специфика антропогенеза на Русской равнине

В российской археологии выработался интегративный подход к описанию появления человека на Русской равнине и в сопредельных областях. Суть его такова. Археолог П. Ю. Павлов, изучающий северо-восток Русской равнины, рисует следующую картину: «По современным данным, процесс первоначального заселения территории северо-востока Европы (бассейна Печёры и верхней Камы) человеком в плейстоцене продолжался не менее 250 тыс. лет. К этому времени достоверно относится единственный надёжно датированный памятник – Ельники II. Немногочисленный каменный инвентарь местонахождения демонстрирует черты галечной индустрии». Антропологически это могли быть древние люди как по линии предков вида Homo sapiens neanerthalensis, так и по линии далёких предков сестринского вида Homo sapiens sapiens (современный человек).

Далее, «в раннем и среднем палеолите (200 – 100 тыс. л. н.) человек проникал только в бассейн Камы, первое проникновение человека в бассейн Печоры произошло значительно позже и относится к ранней поре верхнего палеолита (ок. 40 тыс. л. н.)». И вот уже здесь, несмотря на то, что, скорее всего, было местное развитие палеолитического человека, «характеристики среднепалеолитических памятников бассейна верхней Камы (Гарчи I, Чёрмоз, Пещерный Лог) указывают на их принадлежность к панъевропейскому кругу индустрий Kielmessergrooe».

«На верхнепалеолитическом этапе заселения северо-востока Европы в среднем Валдае (36 – 27 тыс. л. н.) в регион проникало население с юго-запада, из центральных областей Русской равнины. Основной культурной особенностью памятников начальных этапов верхнего палеолита северо-востока Европы (Мамонтова Курья, Бызовая, Гарчи I, Заозёрье, Сорокино, Сосновское II) является их принадлежность к кругу архаичных (симбиотических) индустрий ранней поры верхнего палеолита Восточной и Центральной Европы». То есть, несмотря на верхнепалеолитическую принадлежность памятников Русской равнины, их связь с местными симбиотическими индустриями не вызывает никакого сомнения.

Северо-запад

Русской равнины был изучен по специальной Программе фундаментальных исследований Президиума РАН. Работа касается памятников финального палеолита, расположенных на северном берегу озера Волго в Тверской области: Баранова гора, Подол III/1 и Подол III/2 (а также Тёплый ручей 2, Троицкое 3, Усть-Тудовка 1, Ростиславль). Коллекция отложений бёллинга свидетельствует не просто о сохранении традиций культур позднего палеолита Русской равнины, а о том, что не было хронологического разрыва в развитии позднепалеолитической культуры: здесь существовали хорошо адаптированные коллективы [14].

Касательно самого центра Русской равнины – Средне-Русской возвышенности: «Заселение современной территории Калужской области, вероятно, началось ещё в период среднего палеолита. Именно к этому времени (200 – 150 тысяч лет назад) относятся наиболее древние кремнёвые орудия – бифасы, обнаруженные в д. Пучково близ г. Калуга» [1] . «В чём, пожалуй, сходятся все исследователи, это то, что правобережье Оки в великое Валдайское оледенение не только не было покрыто ледниковым щитом, но и находилось за "буферной зоной". Следовательно, оно и могло быть тем "форпостом", где в относительно комфортных условиях могли обитать люди» [15].

Из сказанного видно следующее. Во-первых, появление человека современного вида на Русской равнине относится к среднему палеолиту. В это время наблюдалось определённое единство его как в культурном, так и в антропологическом плане. Археологически это, в частности, зафиксировано в рамках научно-исследовательского проекта Российского фонда фундаментальных исследований «Эволюция культуры в среднем палеолите: направленность изменений и их динамика во времени и пространстве» (№ 08-06-00213-а) [12].

Во-вторых, последующая дивергенция, видимо, вызванная территориальными особенностями существования среднепалеолитического человека, привела к формированию местных видов человека, западная и южная часть которых 50 – 40 тыс. лет назад оформилась в то, что антропологи называют «неандертальским» человеком [4]. Отметим здесь также, что «самые ранние следы присутствия Homo на юге Русской равнины зафиксированы около 2,1 млн. лет». Хотя, справедливости ради, следует отметить, что так мы выходим слишком далеко за пределы таксона, потому что «согласно современным научным данным, около 2 млн. лет назад начал расселяться на территории Евразии» не «современный человек» и не «предок современного человека», а Homo erectus [15].

Таким образом, по Русской равнине картина антропогенеза такова. Открыта повсеместная преемственность местных культур среднего палеолита и верхнепалеолитических, что делает целесообразным поиск «самой ранней» даты верхнего палеолита и описание регионального антропогенеза с глубины до 200 – 250 тысяч лет. В этот период вырисовывается морфологическая дифференциация палеонаселения, укореняющаяся в едином предке более архаичного возраста, но всё равно обитавшего в пределах центра Евразии.

Рассмотрение многотомного издания Археологических Карт (по областям) – с точки зрения российской археологии и антропологии

В настоящей работе базой для статистических исследований археологических памятников использовались собранные в одном издании «Археологические карты России». К настоящему времени вышло 28 томов по 14 областям Центральной России [1].

Для полноты картины к исследованию привлечены также материалы II (XVIII) и III (XIX) Всероссийских археологических съездов, проводимых Институтом археологии РАН. Почерпнутые из этих источников сведения о памятниках раннего – верхнего палеолита введены в итоговую таблицу 1.

ОбластьХронологическая периодизация
АшельМустьеВерхний
палеолит
МезолитНеолитБронзаРанний
железный век
Брянская0102229132221252
Владимирская005571766737
Ивановская000191084024
Калужская107879432132
Костромская000572356335
Курская1116559315446
Московская2112173371171329
Орловская00211628106
Рязанская**00875306589376
Смоленская0042116729273
Тверская005390950157244
Тульская203236178267
Ярославская003180690194220
Всего612871117336519842741

Таблица 1. Археологические памятники Центральных областей России,
распределённые по хронологическим периодам (времени)

Как показано в Табл. 1, в 13 регионах центральной части Русской равнины были выявлены и описаны 87 памятника верхнего палеолита, 1117 памятников мезолита, более трех тысяч памятников неолита, плюс множество памятников эпохи бронзы и раннего железного века. Анализ статистики и распространения памятников указывает на непрерывность, преемственность и определённую мощность [1].

На рисунках 1 и 2 представлены карты распространения памятников верхнего палеолита (рис. 1) и Олдовая и Мустье (рис. 2) на Русской Равнине.


Рис. 1. Карта распространения памятников верхнего палеолита на Русской Равнине.

Рис. 2. Карта распространения памятников олдовая (зелёные), ашеля (голубые) и мустье (синие) на Русской Равнине.

Анализ таблицы и рисунков позволяет получить статическую картину расселения древнего человека. С точки зрения системного подхода к исследованию (или, как сейчас принято говорить, мультидисциплинарного подхода), требуется ещё один, более точный параметр, который был бы одновременно связан со временем, а также с конкретным человеком или популяцией.

Приобретение сапиентности и древние расы

Как мы уже показали выше, повсеместно на Русской равнине наблюдался процесс постепенного перехода от мустьерского человека к верхнепалеолитическому.

Так мустьерский человек из Мезмайской пещеры на Северном Кавказе сейчас определяется, как мустьерский сапиенс. Найденная на мустьерской стоянке Романково (близ Днепродзержинской ГЭС) бедренная кость человека позволила отнести её владельца к «древней группе» палеоантропов, эволюционирующей в сапиентном направлении – архаичные сапиенсы. На стоянке Рожок в Приазовье (в районе г. Таганрог) зуб, извлечённый из мустьерского слоя, обнаружил и неандертальские, и сапиентные черты. В мустьерском слое Ахштырской пещеры (близ Сочи) обнаружены зуб и три кости стопы, сочетающие архаичные и сапиентные черты [18].

Подкумская черепная крышка (найдена близ р. Подкумок в г. Пятигорск) одновременно обнаруживает черты неандертальца и современного человека [5]. Сходненская черепная крышка (найдена на берегу р. Сходня под Москвой) принадлежала человеку современного типа с рядом неандерталоидных особенностей [2]. Хвалынская черепная крышка (найдена близ г. Хвалынск) принадлежала человеку современного типа с некоторыми неандертальскими особенностями. Верхнепалеолитический череп с берега реки Северка (приток р. Москва) содержит и сапиентные, и неандертальские черты, что говорит о переходном характере морфологии гоминина.

О.Н. Бадером и М.А. Гремяцким [2, 5] описаны верхнепалеолитические останки (пяточная кость) ископаемого человека, найденного на полуострове Тунгус на Волге, и отнесены к современному человеку с некоторыми архаичными особенностями. Затылочная кость, найденная на о. Меровский (Саратовская область) [18] имеет неандерталоидные черты и сходна с архаичным сапиенсом Схул У. В бассейне р. Днепр, на реке Самара обнаружен фрагмент левой плечевой кости, принадлежащий при жизни мужчине, сочетавшему архаичные и сапиентные признаки морфологии. Е.Н. Хрисанфова и И.А. Момот отнесли находку к кругу переходных форм – «сапиентным мустьерцам», ассоциируемым с мустьерской культурой того же памятника.

Таким образом, что касается «точных» датировок появления людей современного типа, то вопрос резкой границы сегодня заменён процессом плавного перехода. Поэтому вслед за Я.Я. Рогинским [13] и М.Ф. Нестурхом [11] можно считать, что находки, описанные нами выше, свидетельствуют о морфологическом переходе части «неандертальцев» в современный анатомический тип людей или о метисации между ними. Время начала такого процесса следует отнести к среднему палеолиту (мустье), примерно 130 – 170 тысяч лет назад.

Ещё один яркий показатель активного течения антропогенеза на Русской равнине и в Центральной Европе – обилие палеолитических рас человека. Коротко приведём их. Верхнепалеолитические расы Европы и Русской равнины: 1) гримальдийская раса (Грот Детей), 2) кроманьонская раса (Кро-Маньон, Кавильон, Барма-Гранде), 3) раса Барма-Гранде, 4) шанселядская раса, 5) оберкассельская раса, 6) брюннская раса, 6а) брюнн-пржедмостская или «лёссовая» раса, 7) ориньякская раса, 8) солютрейская раса.

Подытоживая сказанное, можно опереться на вывод выдающегося антрополога Я.Я. Рогинского, который он сделал ещё в 1981 году. Во-первых, значение находок ископаемых неоантропов концептуально, а, во-вторых, эта концепция позволяет считать доказанным появление неоантропа в Европе и в Передней Азии в позднемустьерское время, то есть 70 – 50 тысяч лет назад.

ДНК-генеалогия населения Русской Равнины

ДНК-генеалогия – новая наука, основы которой закладываются в последние годы, и идёт прогрессивное накопление экспериментального материала [9].

В отрыве от археологических, антропологических, лингвистических данных ДНК-генеалогия не столь эффективна, поскольку картина мутаций и хронологические расчёты не привязаны к определенным территориям, и часто допускают множественные толкования. Но в совокупности с данными антропоцентрализованных наук материалы ДНК-генеалогии приводят к синергизму в выводах, усиливают выводы, подвергают их перекрестной проверке под неожиданными и необычными углами.

Мутации, рассматриваемые в ДНК-генеалогии – это или одиночные (как правило) замены нуклеотидов в ДНК, как, например, аденин на цитозин, или цитозин на тимин, или вставки нуклеотидов, или делеции, или мутации более сложной конструкции, при которых ошибка копирующего фермента приводит к переносу целого блока нуклеотидов, тандемного, как его порой называют. Это даёт или удлинение серии таких блоков на один (редко – сразу на два-три блока), или их укорачивание. Эти мутации наследуются в поколениях, порой в сотнях и тысячах поколений подряд без изменений, или с небольшими вариациями, и тем самым служат надёжными и даже «вечными» метками в ДНК.

Первые мутации – SNP (Single Nucleotide Polymorphism), или «снипы», обычно очень стабильны, и их для ДНК-генеалогии отбирают только такие, которые случаются только один раз (два раза – максимум) за историю человечества. Поэтому они являются маркерами родов человечества. Эти рода называют «гаплогруппами», и каждая из них состоит из многих выявленных подгрупп. Но все подгруппы несут родо-определяющую (или гаплогруппопределяющую) SNP-мутацию. Всего в мире насчитывают 20 основных родов, обозначаемых буквами латинского алфавита, от А до Т.

Мутации второго типа – STR (Single Tandem Repeat) – значительно более быстрые, и происходят в определенных локусах ДНК (то есть в гаплотипах, которые и есть совокупность выбранных локусов) раз в несколько десятков или сотен поколений. Поэтому гаплотипы ДНК выбирают так, чтобы в них таких локусов было как можно больше (но, все-таки, чтобы оставаться в рамках практичности). В ранних работах использовались 6-маркерные гаплотипы, а сейчас работа рутинно ведется уже с 67-маркерными гаплотипами. В последние два года – и с 111-маркерными гаплотипами.

В 67-маркерных гаплотипах, например, одна мутация происходит в среднем за 8 поколений, в 111-маркерных – за 4 поколения, то есть примерно раз в сто лет. Для расчетов за «поколение» принимается интервал времени в 25 лет, и на основании этого интервала происходит калибровка констант скоростей мутации «второго типа», то есть мутаций в гаплотипах.

Поскольку уже показано и доказано, что эти мутации в локусах происходят в основном (или исключительно) неупорядоченно, то к ним оказалось возможным применять правила и подходы химической кинетики (или биологической кинетики, которая базируется на тех же принципах химической кинетики, только в биологических объектах). Каждому маркеру свойственна определённая константа скорости мутации (измеряемая в числе мутаций на маркер на 25 лет, то есть на условное поколение), и каждому гаплотипу (состоящему из набора маркеров) – тоже свойственна определенная средняя константа скорости мутации [9].

Поэтому, чем древнее общий предок популяции, тем больше мутаций накапливается в гаплотипах его потомков по сравнению с ним, тем больше поколений (и лет) отделяет современных потомков от их общего предка, и это число поколений (и лет) рассчитывается методами ДНК-генеалогии.

Проиллюстрируем вышесказанное на примере. Так этнические русские, относящиеся к трем основным по численности родам, названные нами условно восточнославянские, западнославянские и южно-балтийские. В классификации ДНК-генеалогии эти рода различаются по мутациям:

Род «восточных славян» называется R1a, «западных славян» I, южно-балтийских славян и угро-финнов – N1c1. Эти рода разошлись – от своих общих предков – десятки тысяч лет назад, и вот опять для миллионов людей сошлись на Русской равнине. Каждый из перечисленных родов имеет свою структуру, свои ветви популяций, каждая из ветвей имеет свою историю. Например, в Европе насчитывается 38 ветвей гаплогруппы R1a, различающиеся по характерной картине мутаций в гаплотипах [9]. Та же гаплогруппа R1a имеет 26 подгрупп, каждая со своим индексом SNP (ISOGG, по состоянию на октябрь 2012 г.).

Самая разветвленная подгруппа (субклад) – Z280, «Центральный евразийский субклад», в который входят шесть SNP подгрупп, то есть каждая – со своим характерной мутацией-снипом, и десять ветвей гаплотипов.

В целом, у этнических русских 12-ти областей Центральной России имеется 48% гаплогруппы R1a (на юге России до 63% – в Орловской, Курской, Белгородской областях), 21% гаплогруппы I (I1 – 5%, I2 – 16%), и 14% гаплогруппы N1c1. Остальные 17% приходятся на десяток относительно минорных гаплогрупп – R1b (5%), J2 (3%), E (3%), G (2%), K (2%), F (1%), C (0.4%), J1, T и другие.

Приведём для наглядности названия всех десяти ветвей центрально-евразийской группы (субклад Z280); в скобках указаны идентифицированные снипы ветви (для L1280 ветвь гаплотипов пока не выявлена): ветвь Русской равнины, или 1-я центрально-евразийская ветвь; 2-я центрально-евразийская ветвь; 3-я центрально-евразийская ветвь (L366); западно-евразийская ветвь; восточно-карпатская ветвь; западно-карпатская ветвь (Р278.2); балто-карпатская ветвь; северная евразийская ветвь (Z92); северная европейская ветвь (L365); северная карпатская ветвь (Z784 – её подветвь).

В свою очередь, центрально-европейская группа входит в состав Евразийской ветви (Z283), в которой также находятся Скандинавская ветвь (Z284) и Европейская ветвь (М458), в состав последней имеются центрально-европейская и западнославянская (L260) ветви. Это все – ветви гаплогруппы R1a. Полное описание, с гаплотипами и расчетами датировок времен жизни предков каждой ветви, приведено в работе [9].

Другая характерная гаплогруппа у этнических русских – I, причем в двух подгруппах, I1 и I2, представленных на Русской равнине неодинаково (см. выше). Обе подгруппы распространены по всей Европе, причем I1 больше на севере Европы, I2 – больше на юге, в особенности на Балканах, где она часто является наиболее представительной по численности гаплогруппой, потому ее наиболее часто встречающийся там субклад (почти 100% от балканских гаплотипов группы I2) получил название «динарского» (индекс I2a1b). Этот же субклад почти исключительно представлен на Русской равнине. На Балканы «динарский» род прибыл в конце прошлой эры, возможно, с Русской равнины, поскольку оттуда же на Балканы прибыл «восточно-карпатский» род R1a, и тоже примерно в то же время.

Но это вовсе не значит, что до того гаплогруппы I2 на Балканах не было. Это, наряду с I1 – древнейшая гаплогруппа Европы, но примерно 4500 лет назад как I1, так и I2 из Европы исчезли, их остатки бежали на Британские острова и на Русскую равнину, и на двух концах Европы эти гаплогруппы постепенно возрождались. В популяционных науках это называется «прохождением бутылочного горлышка популяции». Сама же гаплогруппа I появилась (путем соответствующей мутации М170 (мутация аденина в цитозин у представителя родительской гаплогруппы IJ в соответствующем участке Y-хромосомы) примерно 40 тысяч лет назад, и примерно 30 тысяч лет назад она разошлась на подгруппы I1 и I2 [9].

У обеих тоже много SNP-подгрупп, у I1 по современной классификации 254 субкладов, у I2 – 36 (по состоянию на март 2013 г.). Но на Русской равнине выявлен почти исключительно «динарский» субклад I2a1b-M423, который впоследствии разошёлся на три нижестоящих субклада – M359.2/P41.2, L161.1/S185, и L621/S392, причём и последний уже показал «дочерний» субклад L147.2.

Наконец, ещё одна из наиболее представленных у этнических русских гаплогрупп, N1c1, встречается в среднем в 14% случаев, но от Пскова и выше её уже более 30%. Соответственно, на юге России этой гаплогруппы мало. Она появилась на Русской равнине последней, в начале-середине первого тысячелетия нашей эры, пройдя длинный миграционный путь с Урала, а туда – со стороны Алтая через Сибирь. Заняло это по меньшей мере 10 тысяч лет, а сама гаплогруппа N разошлась с гаплогруппой О из сводной (родительской) гаплогруппы NO-M214 примерно 20 тысяч лет назад, когда у одного из носителей NO в Y-хромосоме произошла мутация М231 (rs9341278), которая и положила начало 20-тысячелетней истории рода N.

Древнейшие гаплогруппы у населения Русской равнины, абсолютный возраст и возможная связь с последующими группами палеолита, мезолита и эпохи бронзы

В последнее время удалось выявить набор маркеров, который образует «сверхмедленный» 22-маркерный гаплотип, мутации в котором происходят в среднем раз в 4250 лет [9]. Сопоставляя такие гаплотипы по разным гаплогруппам, было найдено, что общий предок современных жителей планеты жил 160 тысяч лет назад (так называемая альфа-гаплогруппа), не считая особенно архаичной африканской генеалогической линии (гаплогруппа А0), уходящей ниже 180 тысяч лет назад. Где этот общий предок жил – пока неизвестно, но он не был африканским и не был негроидом.

Примерно 132 тысячи лет назад (точнее, 132,000±12,000 лет назад) от этой основной линии отошла гаплогруппа А, ушедшая в Африку, смешавшаяся с гаплогруппой А0 и ставшая тоже негроидной.

Современные неафриканские линии имеют общего предка 64,000±6,000 лет назад (гаплогруппа ВТ, или бета-гаплогруппа), и место обитания его тоже неизвестно. Все линии, более глубокие по времени, не идентифицируются.

Гаплогруппа В ушла в Африку и тоже стала в значительной степени негроидной – по причинам, описанным выше. Гаплогруппа С ушла на восток, и образовала монголоидную и полинезийскую ветви (включающие Австралию и Океанию). Сводная гаплогруппа DE мигрировала на Ближний Восток и разошлась на свои две составляющие гаплогруппы более 40 тысяч лет назад. Европеоидная (кавкасиоидная) сводная гаплогруппа F, из которой образовались все европеоидные гаплогруппы от G до Т, образовалась 58,000±5,000 лет назад.

Неизвестно, где жил общий предок неафриканцев 160 тысяч лет назад, как и неизвестно, где жил общий предок неафриканцев 66 тысяч лет назад и общий предок европеоидов 58 тысяч лет назад. Но по ряду признаков можно полагать, что общие предки хотя бы одной группы из приведенных выше, а возможно, и всех трёх, жили в огромном регионе от Атлантики на западе до Русской равнины на востоке и до Леванта на юге.

Сейчас трудно отдать предпочтение Западной Европе или Русской равнине как месту происхождения древнейшего человека, Homo sapiens, или древнейшего европеоида, но общий этот регион вполне вероятен. Этому не противоречат и обилие памятников верхнего палеолита и мезолита на Русской равнине, и явный перевес памятников палеолита над ашелем на Русской равнине. Этому также, в определённой мере, помогает и факт открытия на территории России древних стоянок человека, датируемых олдованом. Так в Южном Приазовье в 2008 г. открыта новая раннепалеолитическая стоянка, названная Кермек [17]. Возраст стоянки на основании геологических, биостратиграфических и палеомагнитных данных устанавливается в пределах 2,1 – 2,0 миллиона лет. Каменная индустрия стоянки относится к олдовану» [17].

Заключение

В заключении обобщая все вышесказанное отметим. Древние гаплогруппы расходились с Русской равнины – гаплогруппа G на запад, в Европу; гаплогруппа H на восток, в Индостан; сводная гаплогруппа IJK разошлась на производные гаплогруппы I (осталась на Русской равнине и частью перешла в Европу), J (мигрировала в Средиземноморье и частью на Ближний Восток и Аравийский полуостров), K разошлась на много гаплогрупп – ряд, как N и О, продвинулись до Южной Сибири и Юго-Восточной Азии, Р ушла в алтайский регион, произведя гаплогруппу Q, которая частью ушла в Америку, заселив как северную, так и южную часть континента, и стала «американскими индейцами».

Помимо того, Р произвела гаплогруппы R1a и R1b в интервале 16 – 20 тысяч лет назад, которые вернулись в Европу – первая 11 – 9 тысяч лет назад, вторая около 5 тысяч лет назад, оставаясь европеоидами.

Эрбины, то есть носители гаплогруппы R1b, заселили континентальную и островную Европу как носители культуры колоколовидных кубков, и вытеснили носителей гаплогрупп I1, I2, G, R1a. Первые две бежали на Британские острова и на Русскую равнину, G ушли в Анатолию и на Кавказ, уцелевшие R1a ушли на Русскую равнину. Эти события происходили около 4800 – 4500 лет назад.

Особенно подчеркнем, что население верхнего палеолита Русской равнины имело гаплогруппы из следующих: F, G, IJK, возможно, NO и Р. В мезолите могли добавиться гаплогруппы R1a (11 – 9 тысяч лет назад, после прихода на Балканы и возможного перемещения на Русскую равнину) и R1b (предположительно 10 – 7 тысяч лет назад, в ходе миграции из Центральной Азии на Русскую равнину). Гаплогруппы R1b, которая в настоящее время составляет до 60 – 70 % Западной и Центральной Европы, в списке гаплогрупп палеолита и мезолита этих европейских регионов не будет.

Итак, из трёх основных гаплогрупп этнических русских, заселяющих в настоящее время Русскую равнину, только гаплогруппа I имеет возможность оказаться среди древнейших гаплогрупп палеолита и мезолита. Поскольку сейчас эта гаплогруппа составляет в среднем 21% на Русской равнине, то вполне вероятно можно говорить о генеалогической непрерывности этой популяции на протяжении последних не менее 40 тысяч лет, а если в составе сводной гаплогруппы IJK – то и на протяжении почти 60 тысяч лет.

Последние данные зарубежных и отечественных исследователей позволили сделать выводы об исчезновении популяций неандертальцев и их индустрий на этой и соседних территориях вследствие вулканической катастрофы, произошедшей около 40 тысяч лет назад. Так как на Русской равнине, где «вулканической зимы» не было, то и перерыва не наблюдается. Весь верхний палеолит отмечен соответствующими памятниками, антропогенез на которых изучен весьма детально [16].

Помимо древнейшей гаплогруппы I, наиболее распространенная на Русской равнине гаплогруппа R1a появляется в мезолите, но на Балканах, и приходила ли она непосредственно или проходила транзитом через Русскую равнину – пока неизвестно. Окончательно она появляется здесь уже в неолите [16], распространяясь в бронзовом веке, как население под условным названием «арии». Далее двигается на юг, через Кавказ в Анатолию и Митанни (4500 – 3600 лет назад), на юго-восток – как «авестийские арии» (4500 – 3500 лет назад), с последующим переходом в Иран, и на восток – как «арии» Андроновской культуры, Синташты, Аркаима, с последующим переходом в Северную Индию, как «индоарии» (4000 – 3500 лет назад).

Литература

  1. Археологические карты России: по областям / Институт археологии РАН. – М., 1993 – 2005.
  2. Бадер, О.Н. Новая палеоантропологическая находка под Москвой // Антропологический журнал, 1936. – С. 471 – 475.
  3. Беляева, В.И., Грибченко, Ю.Н., Кулаковская, Л.В. Мосолов Ров – стоянка эпохи среднего палеолита на Десне // Труды III (XIX), 2011.
  4. Голованов, Л.В., Дороничев, В.Б. Время и приины замещения неандертальцев ранними современными людьми в Западной Евразии // Сб. «Человек в древности». – М, 2010.
  5. Гремяцкий, М.А. Проблема промежуточных и переходных форм от неандертальского типа человека к современному // Ученые записки МГУ. - Вып. 115 (Труды Музея антропологии), 1948. – С. 33 – 77.
  6. Деревянко, А.П., Шуньков, М.В. Палеолит Алтая: культурная динамика и развитие рода Homo // Труды III (XIX), 2011. - С. 5 – 6.
  7. Дробышевский, С.В. О верхнепалеолитических расах. antropogenez.ru. 18.03.2011.
  8. Желтова, М.Н. Место каменных индустрий Костенок 4 в контексте верхнего палеолита Европы // Труды III (XIX), 2011.
  9. Клёсов, А.А. Биологическая химия как основа ДНК-генеалогии и зарождение «Молекулярной истории» // Биохимия, 2011. - Т. 76. - Вып. 5. - С. 636—653
  10. Клёсов, А.А. Биологическая химия как основа ДНК-генеалогии и зарождение «Молекулярной истории» // Биохимия, 2011. - Т. 76. - Вып. 5. - С. 636—653
  11. Кандыба, А.В. Палеолитические индустрии Орхона в эпоху перехода от среднего к верхнему палеолиту // Труды III (XIX), 2011.
  12. Нестурх, М.Ф. Приматология и антропогенез. (Обезьяны, полуобезьяны и происхождение человека). – М., 1960.
  13. Очередной, А.К., Вишняцкий, Л.Б., Нехорошев, П.Е., Воскресенская, Е.В., Иосифиди, А.Г., Сальная, Н.В. Новый этап комплексных исследований памятников среднего палеолита Хотылево I и Бетово // Труды III (XIX), 2011.
  14. Рогинский, Я. Я., Левин, М. Г. Антропология, 2 изд. - М., 1963.
  15. Синицына, Г.В. Финальный палеолит северо-запада Восточной Европы // Труды III (XIX), 2011.
  16. Сорокин, А.Н. Финальный палеолит Центральной России: есть ли выход из тупика? // Труды III (XIX), 2011.
  17. Тюняев, А.А. К вопросу о правомерности использования результатов исследований мтДНК для производства выводов популяционного характера. Вестник новых медицинских технологий. - 2008. - Т. XV. - № 4. - С. 216 – 217.
  18. Харитонов, М. В. Находки ископаемых гоминид на территории Восточной Европы и сопредельных регионов Азии. antropogenez.ru. Часть 1, 18.09.2010. Часть 2, 25.10.2010.
  19. Харитонов, В.М., Селифанова, Е.Л. Антропологический анализ затылочной кости ископаемого человека о. Меровский (Саратовская область) // Вопросы антропологии, 1987. - Вып.79.
  20. Цыбанков, А.А. Каменная индустрия верхнепалеолитического комплекса восточной галереи Денисовой пещеры // Труды III (XIX), 2011.
  21. Шуньков, М.В. Древнейший палеолит Северной Азии // Труды III (XIX), 2011.
  22. Anikovich, M.V. at al. Early Upper Paleolithic in Eastern Europe and Implications for the Dispersal of Modern Humans // SCIENCE vol 315 12 january 2007. - C. 222 – 226.
  23. Benazzi, S., Douka, K., Fornai, C., Bauer, C.C., Kullmer, O., Svoboda, J., Pap, I., Mallegni, F., Bayle, P., Coquerelle, M., Condemi, S., Ronchitelli, A., Harvati, K., Weber, G.W. (2011) Early dispersal of modern humans in Europe and implications for Neanderthal behavior. Nature, 479, 525-528.
  24. Krause J., Briggs A.W., Kircher M., Maricic T., Zwyns N., Derevianko A., Pääbo S, 2009. A complete mtDNA genome of an early modern human from Kostenki, Russia. Current Biology, vol. 20, doi:10.1016/j.cub.2009.11.068
  25. Pinhasi, R., Higham, T.F.G., Golovanova, L.V., Doronichev, V.B. (2011) Revised age of late Neanderthal occupation and the end of the Middle Paleolithic in the northern Caucasus. Proc. Natl. Acad. Sci. US, Early Edition, doi/10.1073/pnas.1018938108, March 2011.
  26. Richards M.P. Pettitt P. Stiner M. Trinkaus E. Stable isotope evidence for increasing dietary breadth in the European mid-Upper Palaeolithic // PNAS, v. 98. – № 11. – 2001. – рр. 6528 – 6532.
  27. Prat, S., Pean, S.C., Crepin, L., Drucker, D.G., Puaud, S.J., Valladas, H., Laznickova-Galetova, M., van der Plicht, J., Yanevich, A. (2011) The oldest anatomically modern humans from Far Southeast Europe: direct dating, culture and behavior. PLOS One, 6, 20834, 1-13.